Как смог на голову. Почему московский воздух становится все опаснее

Как смог на голову. Почему московский воздух становится все опаснее

Ноябрь обернулся для столицы очередным экологическим кошмаром: вся таблица Менделеева, сдобренная пылью и гарью, устремилась в легкие москвичей. Нарастание экологических проблем и стремление власти их замалчивать ведут к тому, что каждый следующий антициклон будет для Москвы хуже предыдущего.

Почти весь ноябрь воздух был прижат к Москве антициклоном. И ближе к декабрю вдыхать эту неподвижную субстанцию стало невозможно: в силу разных причин кислород в ней вытеснили всякого рода пахучие вещества. МЧС оправдывало вонь: «Планово сжигают порубочные остатки». Народ службе не верил, подозревая власти в сокрытии данных о промышленных катастрофах.

Ближе к концу месяца у москвичей начали уже совсем сдавать нервы. «Ну вот мы и беженцы!» — пишет в своей заметке «Ртуть в Москве!» на сайте «Сноб» участница проекта Марина Хрусталева. Марина рассказывает, что ее детям стало плохо в воскресенье, 23 ноября, а на следующий день она выяснила, что неподалеку от ее дома, в НИИ вакуумной техники, произошел пожар, в результате которого «Москву накрыло ртутное облако». Марина срочно погрузила детей в машину и уехала из Москвы. «Я читала «Желтый туман», «В дни кометы», «Отравленный пояс» и «День триффидов»,— пишет Марина Хрусталева.— В принципе я с детства готова к часу Ч, к тому, что настанет Великая перемена… Мы выезжали из Москвы уже в сумерках. Свет фонарей вяз в густом смоге… Вывозите детей из Москвы. Это не шутки».

Про ртутное облако — это, конечно, не шутки, но некоторый перебор. Пожар в НИИ вакуумной техники имени С. А. Векшинского действительно был, но позже, чем Марина забила тревогу, и не вышел за пределы одной бытовки. «В бытовке было две ртутные лампы, они лопнули,— рассказывают огорченные сотрудники НИИ.— Если вы градусник дома разобьете, Москву ведь не накроет ртутное облако? К нам МЧС приезжало, все замеряли, ртуть была в самой обгоревшей комнате превышена, а за пределами — нет».

Впрочем, нужно признать, что паника в Москве возникла не на пустом месте. В начале месяца, 10 ноября, в столице была почти в пять раз превышена концентрация сероводорода. И «Мосэкомониторинг», и независимые эксперты полагают, что это был именно техногенный выброс, однако ответственность за него так никто на себя и не взял. Выяснилось, что ни одна городская служба не в состоянии определить источник выброса. Уверения в том, что концентрация сероводорода в воздухе некритична и что он не представляет опасности для людей, действительно выглядели крайне неубедительно и скорее провоцировали панику, чем гасили ее. Однако паника еще никому не помогала, а вот задуматься, что происходит с экологией в Москве, давно необходимо. «В конце концов, хорошо, что случился этот ноябрь,— размышляет Александр Кукса, технический директор ассоциации независимых лабораторий «ТестЭко».— Москвичи наконец обеспокоились тем, чем они дышат, и стали копаться в причинах, которые наглядно демонстрируют огромные упущения столичных властей в охране окружающей среды».

Чуем ужасный серный запах

«Мосэкомониторинг» утверждает, что изначально в списке подозреваемых в связи с порчей воздуха были, в частности, очистные сооружения в Курьяново и Люберцах, ТЭЦ «Мосэнерго», предприятий промышленной зоны «Руднево», но через несколько дней этот список сократился до Московского нефтеперерабатывающего завода. Руководство принадлежащего «Газпрому» предприятия от обвинений открестилось изящно: в перечне веществ, по которым в тот день были превышения в Москве, значились пропаналь и изопропилбензол, и, уцепившись за эти названия, МНПЗ заявил, что таких веществ завод не производит и не использует, а значит, не виноват. Вопрос с сероводородом, таким образом, был обойден.

«Представители «Мосэкомониторинга» утверждают, что провели инспекцию на МНПЗ, во время которой им якобы удалось установить, что на заводе в тот день не работала установка для производства серы,— сообщает Станислав Мещеряков, заведующий кафедрой промышленной экологии РГУ нефти и газа.— Дело в том, что обычно процесс производства бензина и дизтоплива по стандарту «Евро-5» (МНПЗ перешел на этот стандарт.— «Деньги») выглядит следующим образом: топливо подвергается процессу гидрирования, или сероочистки, и в этой операции побочным продуктом является сероводород. Дальше он обычно идет на установку для производства серы. Если, как выясняется, она не работала, завод должен будет объяснить, каким образом сероводород был утилизирован. Потому что если этого объяснения не будет, вполне логично предположить, что произошел несанкционированный выброс».

Росприроднадзор действительно подал в суд на МНПЗ, слушание начнется на этой неделе. Но стоит заметить, что судебные тяжбы по экологическим вопросам МНПЗ ведет десятками, и довольно часто их выигрывает — так было с делами о твердых бытовых отходах, о загрязнении воды, о выбросах. Например, разрешения на выбросы в атмосферу МНПЗ не имеет уже год — и недавно суд дал ему возможность работать без этого разрешения еще год, до ноября 2015-го. Судебное слушание, таким образом, обещает быть интересным: за выбросы будут судить компанию, которой уже разрешили работать безо всяких разрешений. Впрочем, даже если удастся преодолеть эту казуистику и ущерб окружающей среде будет признан, максимальный штраф составит миллион рублей.

«Сейчас не могут найти источник сероводорода, а если это будет смертельный газ? — пугает Борис Триль, главный редактор журнала «Экологический вестник России».— И что тогда? Никто не сможет, похоже, оперативно ответить на вопросы: откуда газ, из чего состоит, как быстро ликвидировать последствия?» «Действительно, чтобы найти источник, нужно обладать актуальной информацией о выбросах предприятий, а для этого нужен полноценный экологический контроль — приходить и физически отбирать пробы,— рассказывает руководитель токсического отдела «Гринпис России» Дмитрий Артамонов.— Сейчас же в большинстве случаев инспектора просто просят предъявить документы: разрешения на выбросы и записи предприятия в собственном журнале, какие выбросы произведены. На этом государственный экологический контроль заканчивается. А у предприятий «Газпрома», думаю, он заканчивается еще раньше».

Дым на земле

Помимо завода, весь ком ноябрьских событий — сплошное недоразумение. Те же «порубочные остатки», например. Журналисты возмущались: «это все ложь! никаких веток никто не жжет! — а то бы московское правительство, как оно любит, устроило пресс-тур и все всем показало».

Ветки на самом деле жгли, но почему не было пресс-туров, вполне понятно. Как рассказывают активисты, «порубочные остатки» образуются в результате незаконной вырубки деревьев под предлогом спасения от жучка-короеда, но затем их действительно жгут. В прошедшем месяце жгли в первых числах и двадцатых. По словам Александра Куксы, рядом со станцией Железнодорожная, к примеру,— с серьезными нарушениями: «По-хорошему, нужно было вывезти все на мусоросжигающий завод, но даже если жечь на месте, можно было, во-первых, не делать этого в антициклон, во-вторых, выкопать ямы для сжигания, но ничего этого не было сделано». По его словам, огонь развели прямо на открытой площадке, рискуя спалить дачный поселок, а когда стали поступать жалобы на дым, залили пепелище водой до состояния болота. «В Москве как раз шла премьера фильма «Интерстеллар». Люди выходили из кинотеатров и обнаруживали машины, засыпанные пеплом. Конечно, способствовало мистическим настроениям, что уж там»,— рассказывает Кукса.

Впрочем, большинство экологов сходятся во мнении, что независимо от техногенных аварий, плановых или внеплановых сжиганий веток источник более 90% вредных примесей в московском воздухе — автомобили.

По словам директора Центра исследований транспортных проблем мегаполисов в НИУ ВШЭ Константина Трофименко, ситуация с выхлопами машин в Москве действительно гораздо хуже, чем, например, в европейских и американских городах. «Не из-за того, что машин слишком много. У нас их примерно 400 на тысячу жителей, и по этому показателю мы от многих мегаполисов отстаем. А потому, что все они — старые, преимущественно классов «Евро-3», «Евро-2″ и ниже»,— уточняет Трофименко. «Дышать выхлопом от «Евро-6″ полезнее, чем московским воздухом»,— разит наповал эксперт.

По словам Константина Трофименко, после 2020 года парк будет обновляться и естественным путем, но для быстроты, конечно же, нужна мощная стимуляция — либо кнутом, либо пряником. Пряник — это, возможно, программа утилизации и компенсация части стоимости экологичного транспорта. Кнут — запрет на движение в городе автомобилей с моторами класса ниже «Евро-3». В европейских городах используется и этот кнут, и этот пряник, но в Москве дальше обсуждений дело не пошло. Основные действия в сфере экологии — дорожное строительство и запрет на движение в городе грузовых машин. «Это тоже дало свои результаты в совокупности с системой платных парковок, организацией пешеходных зон, так что нельзя сказать, что все год от года становится только хуже,— считает руководитель проектов компании «Экостандарт» Тимур Назмутдинов.— Тем не менее работы много — по всем упущениям. Нужно работать и с промышленными предприятиями, выносить их за пределы города, и с мелкими недоработками в виде сжигания листьев где попало и когда попало».

Спасение задыхающихся

Эксперты утверждают, что на данный момент воздух в российской столице почти такой же, как в Париже, этот город тоже довольно сильно страдает от смога. Существенно чище воздух в Лондоне и Берлине, а худший с точки зрения экологии мегаполис — Пекин. «Пекин — это действительно яркий пример. Здесь почти всегда не дымка, не легкий туман, а плотный и густой смог»,— рассказывает Борис Триль.

Впрочем, китайские власти в последнее время дружно взялись за столичную экологию: в этом году, например, на ее улучшение выделено $277 млрд. К запретам (на использование барбекю, например) и ограничениям (автомобили с четными и нечетными номерами ездят по четным и нечетным числам месяца) в Пекине хотят добавить высокие технологии. Обсуждаются установка поливалок на небоскребах, запуск для борьбы со смогом дронов и даже закапывание в землю приборов Теслы, которые могут очищать воздух в пределах небольшого радиуса. Последнее решение, кстати, вскоре будет реализовано в одном из городских парков Пекина.

«На самом деле в мире пока не создано ни одного технического решения, которое позволяло бы очистить воздух в масштабах города,— говорит Михаил Амелькин, гендиректор АО «Тион Умный Микроклимат».— Только локальные решения. Это значит, что нужно бороться с причинами, а в причинах у Китая — повсеместное использование угля, которое они не могут запретить, иначе экономика быстро рухнет на фоне резко поднявшихся расходов предприятий на электроэнергию. Так что они пока в патовой ситуации, но, полагаю, будут постепенно выбираться из нее».

Выбираются из ситуации, как могут, и китайские граждане. Эксперты отмечают, что уровень экологической грамотности в Китае за последние годы вырос на порядок. «Сейчас все вплоть до школьников знают, какие вещества, распыленные в воздухе, могут представлять опасность,— рассказывает Михаил Амелькин.— Все пользуются мобильным приложением, которое показывает содержание в воздухе мелких частиц пыли (10 микрон и меньше) — наиболее опасных для человека в силу их прямого попадания в кровь».

В отличие от жителей Пекина, москвичи в этом ноябре в масках еще не ходили, но некоторые признаки реального, без истерик, осознания опасности уже появились. Москвич Александр Николаев, например, собственноручно создал прибор для определения количества пыли в воздухе. Прибор функционирует уже несколько месяцев, Александр измеряет качество воздуха каждый день и выкладывает полученные данные на собственном сайте. Довольно активно обсуждается покупка домашних газоанализаторов и воздухоочистителей. «Маски, которые носят китайцы, помогают только против крупных частиц,— объясняет Михаил Амелькин.— Из мобильных решений против смога и пыли эффективен лишь противогаз. Но можно обезопасить воздух хотя бы в собственных квартирах и домах. Китайцы, например, в прошлом году купили около 3 млн воздухоочистителей, на треть больше, чем годом раньше». Компания самого Амелькина, не дожидаясь, когда уровень экологической грамотности в России поднимется на должную высоту, собирается выходить на китайский рынок со своими воздухоочистителями. «Тион» производит бризеры, которые в отличие от традиционных устройств не только очищают воздух в квартире, но также берут и очищают воздух с улицы.

Спасать себя самим тем актуальнее, что власти, похоже, достаточно серьезно к экологической проблеме отнестись не готовы. В Москве масштабы трат на экологию не идут ни в какое сравнение с китайскими. В структуре московских расходов на департамент природопользования и охраны окружающей среды приходится 7 млрд руб., еще примерно столько же тратится по программе улучшения экологической ситуации в Москве.

Эффективность этих вложений под сомнением, потому что обычно вслед за выделением миллиардов на озеленение столицы (в 2014 году на это потратят 2 млрд руб.) идут распоряжения где-то деревья вырубить. Из последних — на территории МГУ, чтобы оборудовать там автобусную парковку на 500 мест.


Источник www.kommersant.ru

0 ответы

Ответить

Want to join the discussion?
Feel free to contribute!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.